Атомная энергия / Не иностранный агент / Образование

«Шпионы природы»

pod3

В 2014 году «Экозащите» исполняется 25 лет. Словно в честь этой годовщины, российские власти в середине нынешнего года объявили организацию «иностранным агентом». В декабре на сайте организации публикуется серия интервью с основными активистами «Экозащиты», работающими в разных регионах, которые рассказывают, чем они занимаются, чего достигли, как оценивают происходящие вокруг события и враждебные действия российских властей. Это второе интервью — с Ольгой Подосеновой, координатором «Экозащиты» в Екатеринбурге с 2001 года.

— Как ты оказалась в экологическом движении, чем ты занималась до этого? Как ты оказалась в «Экозащите»?

По профессии я журналист. Работала в газетах и на радио. Последнее место работы – редакция газеты Вода России – издания Российского НИИ комплексного использования и охраны водных ресурсов, в котором работала редактором. Время от времени писала тексты на водную тему для Агентства волжской экологической информации, и однажды меня пригласили на конференцию общественного экологического движения… И понеслось…Я поняла, что мне надоело заниматься исключительно журнализмом. Что делает журналист? Даже самый профессиональный — фиксирует ситуацию, проблему. В лучшем случае – анализирует, делает выводы. Но не меняет ситуацию. Общественные активисты, с которыми я тогда познакомилась меняли мир вокруг себя. Заразилась – захотела не фиксировать проблемы, начала их решать…

— Опиши пожалуйста ту работу, которой ты занималась в прошлом в «Экозащите!» — в чем она состояла, на что была направлена, чего удалось добиться. Вообще, стоило ли оно того?

Деятельность отделения «Экозащиты!» в Екатеринбурге включала две основные темы — энергетика и биобезопасноость (сопротивление распространению небезопасных генно-модифицированных организмов, ГМО). По второму направлению работа привела к результатам, можно сказать, стремительно.

Тогда мы буквально открывали людям глаза на ГМО, проводили рейды по торговым точкам, объясняли, что такое ГМО, обращались в профильные министерства с просьбой контролировать рынок и принимать местные законодательные акты по защите аграриев и простых людей от трансгенов. Уже трудно это время вспомнить, но тогда люди даже не знали что такое ГМО. Усилия  общественных экологических организаций привели к тому, что об опасности ГМО теперь знает практически каждый школьник, а органы власти внимательно относятся к этой проблеме.

Важное направление нашей деятельности – энергетика. Уральский регион, где мы живем, одна из самых крупных техногенных территорий на планете. Полутора миллионный город Екатеринбург находится недалеко от предприятия «Маяк», на котором в 1957 году случился взрыв, и тысячи километров нашей области оказались выведенными из хозяйственного оборота. Буквально в 40 км от города находится Белоярская атомная станция – единственная АЭС, где использовали оружейный плутоний. В 60 км от нас — Новоуральский электрохимический завод, урановое производство. Через центр нашего города проходит Транссибирская магистраль, по которой едут радиоактивные поезда с грузами из европейской части России в Сибирь. В общем, горячих точек у нас хватает.

Моя деятельность в «Экозащите!» началась в 2001 году с антиядерной акции. Тогда я работала в научно-исследовательском институте. Решила из солидарности с коллегами-экологами присоединиться к акции «Экозащиты!» «За безъядерный Транссиб» (активисты в нескольких точках Транссиба устраивали символические блокады в знак протеста против ввоза ядерных отходов из-за рубежа – прим.ред.).

Мы выражали свой протест против обсуждавшегося тогда закона о ввозе отработавшего ядерного топлива (ОЯТ). Кстати, что это такое, тогда еще мало кто из обычных людей себе представлял. С группой активистов мы вышли на Транссиб, и эту акцию показали практически все местные СМИ, а общероссийской акции уделил внимание Первый канал в вечерних новостях. На следующий день меня пригласил мой начальник в НИИ. Он сказал, что поддерживает нашу гражданскую позицию, но мы работаем «в системе», и предложил выбирать – работа или гражданская позиция. Я выбрала второе.

С 2001 года у нас было немало успешных акций. Особенно хочу отметить «красноуфимское дело» против строительства монацитового завода в Красноуфимской районе Свердловской области.

Туда со сталинских времен под видом ценного сырья свозили радиоактивный монацитовый песок и складировали в обычных продуктовых деревянных амбарах. Через 50 лет эти склады развалились и стали большой проблемой для местного населения. Меня эта проблема коснулась самым непосредственным образом – в 1989 году нас с однокурсниками послали в Красноуфимск собирать лук. Буквально через несколько дней после заезда всех студентов эвакуировали с симптомами неизвестной болезни. Было возбуждено уголовное дело, работали следователи.  Только через несколько лет мы узнали, что работали около складов с радиоактивным песком, который уже тогда высыпался и рассеивался вокруг.

К нам в «Экозащиту!» обратилась инициативная группа жителей Красноуфимска с просьбой помочь в противостоянии опасному проекту строительства завода по переработке монацитового концентрата. Это была довольно сложная ситуация – проблему надо решать, и власти предлагают, как им кажется, способ решения, однако этот способ может привести к еще более тяжелым последствиям. А выступая против предлагаемого решения ты рискуешь получить обвинение в том, что на самом деле тебе нужно не решение, а только крик вокруг проблемы.

Мы вели кампанию несколько лет – проводили яркие акции, публиковали исследования, всячески надоедали властям, задавая неприятные вопросы о Красноуфимске. Однажды мы организовали антиядерный лагерь – нас приехали поддержать люди из десятка регионов России и совместно мы провели ряд ярких акций протеста, в том числе у резиденции губернатора. В конце концов, смогли добиться своего – в Красноуфимске и завод по переработке не построили, и возвели ангары над разваливающимися складами. Так что проблема, существовавшая десятилетия, поставившая здоровье большого количества людей под угрозу, все же решается.

Еще одна успешная кампания – это «урановые хвосты» Новоуральского завода. В 2004-2005 годах мы получили информацию о том, что под видом «сырья» к нам ввозятся радиоактивные отходы процесса обогащения урана из Германии и Голландии. Контейнеры с этим «ценным продуктом» складировались на открытом воздухе, бочки ветшали и ржавели. Но «хвосты» ввозили не только к нам в область, но и еще на три предприятия в Иркутской, Томской областях и Красноярском крае. В 2005 году коллеги в Москве сделали доклад, в котором впервые была обнародована схема ввоза радиоактивных отходов из Германии и Голландии. А затем была централизованная кампания «Экозащиты» в течение пяти лет, когда в разных регионах России проходили акции протеста и распространялись материалы об этом «грязном» бизнесе. Я координировала ту часть деятельности, которая касалась Свердловской области. Также в рамках этой кампании «Экозащита!» работала и в Германии, где у нас появилось много сторонников, которые вместе с нами устраивали акции протеста около предприятия в Гронау, откуда отправляли отходы в Россию. Если упрощенно, то динамика кампании была такова – сначала «Росатом» говорил, что никаких отходов не ввозится и они не знают о, чем мы говорим. Потом закупил во Франции установку для обесфторивания «урановых хвостов», что не решает проблему, но позволяет сделать это вещество менее химически агрессивным, а его хранение более безопасным. Одна из главных проблем с «хвостами» в том, что это чрезвычайно токсичное вещество, и если оно попадает в окружающую среду, это чревато серьезными проблемами для здоровья тех, кто окажется в 30 километровой зоне, вплоть до летального исхода. Это данные, которые мы нашли в документах британской ядерной компании BNFL. После того, как «Росатом» начал работать с этой французской установкой, выяснилось, что это дело очень долгое, и дорогое и тот объем «хвостов», что накоплен в России, надо перерабатывать более 100 лет. Ну а к 2009 году постоянные протесты в разных странах довели «Росатом» и компанию Urenco, которая посылала нам отходы, до решения не продлевать контракт.

Подробнее об этом лучше поговорить с нашим отделением в Москве, где разрабатывали всю кампанию и готовили акции, которые затем проходили в разных регионах России и в других странах. Это была одна из самых эффективных наших кампаний, где так или иначе принимали участие все отделения «Экозащиты», и которая пользовалась большой популярностью у обычных людей.

Стоило ли оно того? Я думаю, да… Меня часто спрашивают —  зачем вы все это делаете? Для меня вопросов нет – я и мои дети живем на этой земле, другой у нас нет. Я, как пел в своей песне наш уральский «Чайф», «не хочу, чтоб эта гадость была рядом со мной!».

— Как сейчас изменилась ситуация, каковы проекты или направления деятельности, над которыми ты работаешь? Возможно ли вообще сейчас работать в экологическом движении эффективно, какие барьеры встречаются и как удается их преодолевать?

Работать с каждым годом становится сложнее. Но мы же ненормальные — чем более сложные задачи ставит жизнь, тем больше азарта появляется.

В последнее время в нашей работе по энергетической тематике мы концентрируемся на продвижении возобновляемых источников энергии. Признаюсь, меня даже удивило, насколько велик интерес к этой теме в нашей «стране вечнозеленых помидоров». Мы нашли много сторонников – людей не просто интересующихся темой, а реализующих практические проекты.

Самое сложное, с чем я сталкиваюсь – социальная апатия и паразитизм. Очень часто звонят и говорят: «Вы – зеленые, чем вы занимаетесь вообще? Срочно приходите, тушите нашу мусорку» (убирайте мусор, отгоняйте людей, пытающихся спилить дерево и т.п.). Интересно, что звонят не в государственные органы, которые обязаны этим заниматься, а нам. Мы отвечаем – готовы помочь, но не будем все делать вместо вас. Люди обижаются. Пока будет превалировать такое отношение, будем продолжать жить так как сейчас.

—  С какими рисками связана работа в экологическом движении? Или скажем так, чем рискует человек, который решил защищать природу в России?

Риск безусловно есть. В нашем обществе не особо любят тех, кто высовывается и не шагает «стройными рядами». Раньше я удивлялась, почему меня, человека который защищает родную природу, отстаивает наше право на здоровую окружающую среду, обвиняют в пособничеству Западу. Разве тем, кто нас обвиняет, хочется жить и воспитывать детей в грязном и опасном месте? Наверное, нет. Потом поняла – мы отстаиваем интересы другого уровня. Это не интересы каких-то коммерческих компаний или ведомств, это даже шире чем просто «биологические» интересы. Вот возьмем, к примеру, разведчика – для своей стороны он разведчик, для другой – шпион. Мы не являемся разведчиками или защитниками конкретной страны, мы защищаем общие для всех интересы природы, поэтому, как ни крути, оказываемся для всех «шпионами». Шпионами природы.

Чем мы рискуем? В принципе, кроме своих близких и «цепей», нам нечего терять. Ну разве что веру в людей.

— Как ты думаешь, как в будущем будет развиваться ситуация в России, каковы прогнозы в отношении того, как политические изменения повлияют на экологическую работу?

Делать прогнозы – довольно неблагодарное занятие. Особенно, в нашей непредсказуемой действительности. Я оптимистка. Хочется верить в массовое прозрение. В то, что у нас перестанут ловить иностранных агентов, а займутся действительно важными делами. Хочется верить и зеленое прозрение на мировом уровне.

— Сколько еще будет существовать «Экозащита!»?

Пока светит солнце и ветер, текут реки и есть те, кто посягают на все это – будет и «Экозащита!».

— Спасибо. Желаем успеха!

Advertisements

2 thoughts on “«Шпионы природы»

  1. Уведомление: «Город пересекла группа мутантов, несущих на носилках шестигрудую русалку» | экозащита!

  2. Уведомление: экозащита!

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s